Мода и технологии в 20 веке: дефицит, феминизм и бесконечная изобретательность

13.02.2017 19:52

Вряд ли была хоть одна область мирной промышленности, которую не преобразила война в соответствии с нуждами фронта. Коснулось это и текстильного производства. Сократился оборот бытовых тканей, поскольку все уходило на фронт, пропал шелк, основными производителями и поставщиками которого были страны Азии, в частности Япония, так же вступившая в войну. А фронту между тем требовалось немало шелка, из которого изготавливали, например, парашюты. В тылу же из продажи совсем пропали чулки, которые были повседневным предметом дамского гардероба.

Мода и технологии в 20 веке: дефицит, феминизм и бесконечная изобретательность

Таким образом, в текстильной промышленности Европы к сороковым годам остро встал вопрос замены шелка на что-то подобное ему. Нейлон (для советских граждан – капрон), созданный компанией «Дюпон» в 1939 году, стал выходом. Первое время его производили исключительно в интересах армии, но с окончанием войны новый материал не обошел своим вниманием и мирный рынок. Нейлоновые чулки были прочными, тонкими, блестящими и чертовски дорогими. В послевоенной Британии чулки продавались за купоны, и даме, получавшей в месяц всего 66 купонов, в случае необходимости приходилось тратить на чулки целых два! Впрочем, не многих англичанок это останавливало – девушки изрядно истосковались по красоте.

Впрочем, если чулок хватало не всем, косметические фирмы предлагали оригинальное решение – гель для ног, имитирующий чулки, и специальный карандаш, с помощью которого можно было нарисовать стрелку (после эти гели преобразятся в средства для автозагара). В общем, каждый исхитрялся, как мог.

Однако, нейлон, несмотря на его стоимость, все же прорвался в свободную продажу, произведя фурор в среде как производителей одежды, так и потребителей. Это была идеальная имитация шелка, которая не мялась, легко переносила стирку и высыхала моментально. Просто волшебство какое-то. Немудрено, что в скором времени из нейлона стали делать абсолютно все, расширяя и расширяя ассортимент вещей из синтетических волокон.

В пятидесятых в моду вошел орлон, чье торговое название лучше даже не пытаться произнести (полиакрилнитрильное волокно, для интересующихся). В Стране Советов он был известен под кодовым именем нитрон.

Так же дамы переходили от комплектов одежды к так называемым «сепаратам» - отдельным вещам. Происходило это не столько по веянию моды, сколько по нужде в условиях послевоенной бедности и дефицита. Отдельный гардероб давал девушкам больше простора для фантазии, позволяя составлять множество комбинаций из нескольких самостоятельных вещей, которые, в отличие от пошитых из одной ткани костюмов, ни к чему не обязывали.

В шестидесятые, когда память о войне постепенно отступала, и людям стало несколько проще существовать, грянула очередная модная революция. Пробил час синтетики – ткани будущего, ткани эры освоения космоса.

В годы, когда человек смог вырваться на орбиту Земли, чулки казались каким-то странным анахронизмом, так что на смену им пришли колготки, которые, в свою очередь вполне могли спровоцировать дизайнера Мэри Куэнт на создание мини-юбки. «Мама» мини поделилась источником своего вдохновения – в один прекрасный день она углядела, как подростки на улице приподнимают подолы юбок, заставляя их выглядеть короче. Благодаря этим безымянным девчонкам, желающим максимально продемонстрировать свои подростковые ноги, родилась коллекция в стиле лондонской уличной моды.

В то же время пышным цветом зацветает феминизм, из моды уходят типично женственные, в том числе и пышные, формы, сменяясь страстью к худым и длинным ногам. В частности, за сие явление стоит поблагодарить мисс Твигги, прототипа нынешних подиумных красавиц – женщину со сложением хрупкого подростка.

Мэри Куэнт продолжает удивлять своих соотечественниц, периодически отмечаясь на модном Олимпе новыми свершениями – она не боится использовать новые материалы, вплоть до прозрачного пластика, меняет бессмысленные мини-сумки на просторные рюкзаки с длинными ремнями. Благодаря ее работам в моду приходят топы, разноцветные обтягивающие брюки, замш, туфли на платформе и яркая косметика. Ее коллекция «Wet», состоящая из дождевиков и ботинок с низким каблуком, производит фуррор – до Мэри никто и не пытался делать дождевики из клеенки.

В шестидесятые годы идея использовать для создания одежды все, что под руку подвернется, пожалуй, достигла непревзойденных масштабов. Дизайнер Пако Рабанн представил на суд общественности платья из матовых и прозрачных пластин родоида. При искусственном освещении коллекция играла всеми цветами радуги, оставив зрителей под впечатлением, а дизайнеров с мыслью о том, что платья теперь вовсе не обязательно шить. Так в 1966 году появилась целая коллекция бумажных платьев: поделки были дешевыми, выдерживали до трех стирок и даже не боялись утюга. Однако, мода на них продержалась недолго – достоверно неизвестно, почему, однако кто знает, чем могло однажды закончится путешествие в столь ненадежном одеянии…

Любопытно, что не только текстильщики поражали модный мир новинками, но и сами дизайнеры могли стать создателями материала. Пьер Карден разработал и запатентовал собственную ткань – «кардин», особенность которой заключалась в том, что при обработке термопрессом, ей можно было придать форму, создать интересный рельеф. До Кардена вряд ли кто-то мог представить себе, что на ткани можно столь просто создать трехмерный объем, который сохранялся, несмотря на любые действия с нарядом. Модница могла сколько угодно надевать платье, стирать его, сушить – на свойствах материала это не сказывалось.