Новые представления европейского перекрестка

08.09.2017 14:41
Новые представления европейского перекрестка

Выступление на XXVII Форуме в Крынице-Здруй (Польша, 5-7 сентября 2017) «На перекрестке дорог. Сколько суверенитета? Сколько демократии? Какая модель развития?» 7-го сентября 2017

Одним из важнейших признаков мирового кризиса является неспособность его обсуждать в адекватном языке. Европа сегодня потеряла свой интеллектуальный язык для осмысления происходящего в мире.

Внимательно вчитываясь в формулировку темы одной из секций, можно обнаружить, что ни одно слово здесь не является сущностным для разговора о нынешней ситуации и о будущем. Это то, что я называю бла-бла-дискурс – общепринятый способ говорения, не позволяющий продуцировать инновации и блокирующий критическое мышление.

Характер Европы как лидирующего мирового цивилизационного проекта, которым она была последние несколько сотен лет, состоит в том, что Европа всегда мыслила о целом мире, о человечестве, о благе для всех, о будущем.

Никогда ранее Европа не зацикливалась на собственных проблемах целиком. В истории лидирующей Европы в отдельных странах могло быть упрощение видения настоящего и отказ от разговора о будущем, но всегда находилась такая европейская страна, которая принимала вызов глобальности, всечеловечности, всеблага и будущего и тем самым как бы возвращала всю Европу в процесс развития.

Сегодня это не так. Вот уже 30 лет Европа влачит жалкое существование в интеллектуальном плане – испытывая неспособность отвечать на технологические инновации США, на новую индустриализацию Китая и на демографический взрыв Исламского мира и Азии.

Будущее можно понять исключительно через новые представления. А место, где говорят о будущем, можно опознать через новый дискурс, новые слова, новые способы коммуникации. Где всего этого нет, там будущее не возникает.

Давайте пристально посмотрим на основные понятия или элементы дискурса, в которых нам предлагается осмыслять проблемы настоящего в Европе.

Суверенитет.

До сих пор понимание и определение суверенитета производилось с позиции силы. То есть суверенитетом считалась доминирующая власть внутри страны и независимость этой власти от других внешних властей. Основой суверенитета считалась троица – территория, нация, государство.

Такое понимание было адекватным, пока различные архаичные ресурсы и традиционные типы власти не начали выходить за пределы суверенного географического пространства и пока не появились новые ресурсы, которые принципиально не могут быть ни под чьим суверенитетом – инфраструктуры, информационное пространство, инновации, смыслообразы (включая образы будущего), транслируемые глобальными средствами коммуникации.

Поэтому понимание суверенитета нужно переосмыслить. Суверенитет это внутренний консенсус некоторого самодостаточного гражданского сообщества по поводу своего единства и внешний консенсус по поводу признания независимости этого гражданского сообщества. Территория постепенно замещается сетевой топологией (государственные границы не имеют больше важного значения), государство утрачивает монополию на предоставление инфраструктурных услуг, а нация уступает место более сложным и разнообразным типам идентичности.

Основой суверенитета становится суверенитет над будущим. Если некоторое гражданское сообщество не властно над собственным будущим, то никакого суверенитета у него нет. Если Европа живет под диктовку инноваций из США, промышленного производства из Китая и демографической экспансии Исламского мира, то у нее нет суверенитета. В функциональном плане – интеллектуальный суверенитет это независимое критическое мышление, независимая позитивная инновационная философия.

Демократия.

Мы живем в быстро усложняющемся мире. Номинальные народы все менее оказываются способны принимать важные решения относительно больших территорий, целых этно-культурных образований и тем более государств.

Демократия оказалась не в состоянии отвечать на вызовы – конкуренции самоуправления, разделения властей (доминирование исполнительной власти и коррупция судебной), вызов целого ряда монополий: олигархии, государственной повестки дня, официальной науки, доминирующего дискурса в СМИ, вызов иного (othering, make another).

Поэтому демократии фрагментируются – их основанием становятся малые общины, а решения по поводу целостностей – территориальных, культурных и инфраструктурно-государственных – принимаются в мировой сетевой коммуникации посредством инноваций, которые стали по-настоящему глобальными.

Криптовалюты, блокчейны, социальные сети, искусственный интеллект – все это разрушило демократию. Демократии больше нигде не существует. Демократия это разговоры для прикрытия различных монополий и архаизаций. Народы фрагментируются на самодостаточные общины и их способ существования все менее связан с политикой, все более связан с сетевой коммуникацией.

Популизм.

Вызовом Европы не является популизм. Если европейские интеллектуалы, европейские корпорации и европейские гражданские общества ничего существенного не могут сказать о будущем, то появляются популисты, которые начинают навязывать прошлое. Если вы посмотрите на популистов немецких, французских или польских, вы увидите их постоянную апелляцию к прошлому. Поэтому вызовом для Европы является не популизм, а интеллектуальная деградация. Европе нужно не воевать с популистами, а осуществлять производство новой философии, своих технологических инноваций, своего дискурса в кино, в СМИ и в социальных сетях, как это и было во всякий кризисный период ранее.

Национальная идентичность.

Традиционно это означает следующие установки: 1) культурного комфорта (изоляция от других на основе общего языка и культурных норм) 2) экономического комфорта (свой к своему за своим) 3) монопольное использование государства (государство должно служить лишь нации) 4) монопольное использование территории (территория принадлежит нации) 5) монопольное использование рода (свой со своей должны народить ребенка для своей нации) 6) отстаивания нации и национального нарратива как доминирующего.

Динамичные слои общества сейчас принимают на себя новые инновационные установки: 1) культурный дискомфорт (изучение и практическое применение других языков, усвоение и практикование других культурных норм) 2) экономическая конкуренция (нет своих, есть рынок конкуренции) 3) прежде всего разрушение государства как такового и как следствие этого тяжелый и медленный отказ от монополии нации на государство; 4) фрагментация как процесс отказа наций от монополии на территорию и одновременно территориальная легитимация значительно более сложных идентичностей; 5) продолжение рода вне национального принуждения; 6) отстаивание нарратива сложных идентичностей, умаление значения национального нарратива, редукция его к «постнациональным исследованиям».

Более того, даже понятие «идентичность» тоже устаревает. Идентифицировать можно с тем, что есть, то есть с настоящим или с прошлым. Самоопределение по отношению к будущему это более сложная форма самосознания, нежели идентичность.

Поэтому в кризисе не суверенитет, не либеральная демократия и не государство. В кризисе европейское мышление.

В каких понятиях, в каком дискурсе сегодня нужно осмыслять Европу и ее проблемы?

Некоторые уже предложены – это самодостаточные сообщества (самоорганизуемые, самофинансируемые, самозащищаемые), сетевая коммуникация, сложные (ненациональные) идентичности в самоопределении к будущему и иному.

Если Европа будет и дальше обсуждать сама себя, она обречена на разрушение и забвение.

Самая серьезная проблема Европы состоит в том, что сегодня она потеряла изобретенную ею же традицию – в философии, в литературе и в науке осмыслять и предъявлять будущее. Европа не приняла вызов будущего.

Постмодернизм, возникший из страха в ходе Второй мировой войны, это первая глобальная философия, которая при этом совершенно не способна говорить о будущем и предлагать новые позитивные представления. Постмодернизм как нигилистическая философия был хорош во второй половине ХХ века. Но сегодня нужна новая философия. И различные спорные попытки, как например спекулятивный реализм, это негодные и некачественные попытки.

Прежде всего, Европа должна вернуться на магистральный путь осмысления всего человечества.

Человечество это не совокупность всех людей, не ООН, не США как доминат, не права человека и не мировая экономика.

Человечество это род живых существ, созданных по образу и подобию Бога, но постепенно переходящих к своеобразию, то есть к самостоятельно создаваемому образу себя.

Человечество это мыслящие существа, которые в мышлении обнаруживают свои пределы и ограничения и одновременно придумывают и реализуют их преодоление. Человечество это совокупность существовавших, существующих и грядущих предельно мыслящих существ.

Человечество это цивилизация разумных существ, выходящая за пределы очевидного, понятного, материального, планетарного – в иное.

Человечество уже не глобально, оно гелиосно – то есть оно строит свое ближайшее будущее в Солнечной системе.

На нынешнем этапе своего развития человечество готово породить принципиально разные способы своего дальнейшего развития, которые приведут к серьезному экзистенциальному размежеванию: космический (экспансия за пределы Земли), виртуальный (создание и обживание виртуальных миров), киборго-андроидный (создание искусственного интеллекта как новых мыслящих существ). Это не нации и не расы – это новые среды существования постчеловечества, возможно имеющие разные способы существования, слабо пересекающиеся, разные реальности развития, разные перспективы будущего.

В Украине мы пытаемся осмыслять эти вопросы. Поэтому мы ищем группы мыслящих о будущем людей в Европе. Пока мы в этом не сильно преуспели. Такие группы обнаружены нами в США, в Японии, в России. Но в Европе пока полный провал.

Источник: Украинская правда

Источник